Форум:Карлос Кастанеда - путь Человека Знания! Новейший центр исследований глупастей и фантазий человеческой натуры, посвященный им. Карлоса Кастанеды. Рейтинг форумов Forum-top.ru

ФОРУМ: Путь Человека Знания!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



8 точек

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Восемь точек Наблюдать за этой страницей Восемь точек — это схема, начерченная Хуаном Матусом, иллюстрирующая центры с которыми человек может иметь дело.

Первое упоминание
Он придвинулся поближе и повторил движения, нарисовав на земле восемь точек. Обведя первую из них кружком, он сказал:
- Ты здесь. Все мы здесь. Это - чувственное восприятие. Отсюда мы начинаем. Он обвел кружком еще одну точку, расположенную непосредственно над первой. Затем он несколько раз прочертил линию, соединявшую первую точку со второй, как бы изображая устойчивую связь.
- Есть, однако, еще шесть точек, с которыми человек в принципе может иметь дело. Но в большинстве своем люди о них даже не подозревают.
Он ткнул хворостинкой в линию на земле, соединявшую первые две точки.
- Движение между этими двумя точками ты называешь пониманием. Это то, чем ты занят всю свою жизнь. И если ты скажешь, что понимаешь мое знание, то не сделаешь ничего нового.
Потом он соединил некоторые из восьми точек между собой. Получилась вытянутая трапециевидная фигура, в которой было восемь центров с неодинаковым числом лучей.
- Каждая из оставшихся шести точек - целый мир, подобно тому как сенсорное восприятие и понимание образуют для тебя два взаимосвязанных и взаимообусловленных мира.
- А почему их всего восемь? - осведомился я.
- Почему не бесчисленное количество, как в окружности? Я нарисовал на земле окружность. Дон Хуан улыбнулся.
- Мне известно только восемь точек, с которыми человек может иметь дело. Наверное, на большее люди не способны. Причем я говорю "иметь дело", а не "понимать". Чувствуешь разницу?
Он сказал это таким шутовским тоном, что я засмеялся. Намек на мою манеру настаивать на точном определении слов был весьма определенным.
- Твоя проблема в том, что ты непременно хочешь все понять, а это - невозможно. Сводя все к пониманию, ты ограничиваешь свои возможности как человеческого существа. Твой камень преткновения остался там же, где был всегда. Поэтому за все эти годы ты по сути так ничего и не сделал. Безусловно, тебя удалось вытряхнуть из тотальной дремоты, но этого можно было добиться и другими способами при других обстоятельствах.
... Он сказал, что нечего было понимать в действиях его и дона Хенаро, и что маги вполне способны совершать такие необыкновенные вещи.
- Хенаро и я действуем отсюда, - сказал он и указал на один из центров на своей диаграмме. - А это - не центр понимания. И все же ты знаешь, что это такое.
— Книга «Отдельная реальность», Карлос Кастанеда

Второе упоминание
Он насыпал на землю пепел возле лампы, покрыв участок примерно в два квадратных фута, и пальцем нарисовал диаграмму, состоящую из восьми точек, соединенных между собой линиями. Это была геометрическая фигура. Такую же фигуру он рисовал мне год назад, пытаясь объяснить, что когда я наблюдал четыре раза подряд падение одного и того же листа с одного и того же дерева, это не было иллюзией.
Диаграмма на пепле имела два центра. Один он назвал "разумом", а второй - "волей". "Разум" был непосредственно соединен с точкой, названной им "разговор". Через "разговор" "разум" косвенно был соединен с тремя точками: "ощущение", "сновидение" и "видение". Другой центр, "воля", был непосредственно связан с "ощущением", "сновидением" и "видением", но только косвенно с "разумом" и "разговором".
Я отметил, что диаграмма отличалась от той, которую я зарисовал в своем блокноте год назад,
- Внешняя форма не имеет значения, - сказал он.
- Эти точки представляют человека и могут быть нарисованы как угодно.
- Они представляют тело? - спросил я.
- Не называй это телом, - сказал он.
- На волокнах светящегося существа есть восемь точек. На диаграмме ты видишь, что главное в человеке - это воля, ведь она непосредственно связана с тремя точками: ощущением, сновидением и видением. И лишь во вторую очередь человек - это разум. Центр разум играет гораздо меньшую роль, так как соединен только с разговором.
- А что значат две другие точки, дон Хуан? Он взглянул на меня и улыбнулся.
- Сейчас ты намного сильнее, чем тогда, когда мы впервые говорили об этой диаграмме, но еще недостаточно силен, чтобы понять значение всех восьми точек. Со временем Хенаро покажет тебе оставшиеся две.
- У каждого ли есть все 8 точек, или только у магов?
- Можно сказать, что у каждого. Две из них - разум и разговор - известны всем. Так или иначе мы знакомы и с чувством, хотя и смутно. Но лишь в мире магов достигается знакомство со сновидением, видением и волей. Наконец на краю этого мира встречаешься еще с двумя. Осознание всех восьми точек - это именно то, что приводит нас к целостности самих себя.
Он показал на диаграмме, что все точки могут косвенно соединяться друг с другом. Я снова спросил о двух таинственных точках. Он сказал, что они соединяются только с "волей", удалены от "чувства", "сновидения" и "видения" и еще дальше - от "разговора" и "разума", показав пальцем, что они изолированы не только от остальных точек, но и друг от друга.
- Эти две точки недоступны ни разговору, ни разуму, - сказал он. - Только воля может иметь с ними дело, разум настолько удален от них, что пытаться понять их совершенно бессмысленно. Этот момент - один из труднейших, так как природа разума заставляет его стремиться понять даже то, что не имеет ничего общего с пониманием.
— Книга «Сказки о силе», Карлос Кастанеда

Участки тела Я спросил его, соответствуют ли эти восемь точек участкам тела или отдельным органам.
- Соответствуют, - сухо ответил он и стер диаграмму. Он стал показывать центры, прикасаясь к соответствующим местам на моем теле. Голова была центром "разума" и "разговора", верхняя часть груди - центром "чувства", место чуть ниже пупка - "воли". Центр "сновидения" был с правой стороны против ребер, а "видения" - с левой. Он сказал, что у некоторых воинов центры "видения" и "сновидения" расположены на одной стороне.
- А где остальные две точки? - спросил я. Он дал мне совершенно непристойный ответ и расхохотался.
- Ты очень хитрый, - сказал он,
- Думаешь, что я сонный старый козел, не так ли? Я объяснил, что спросил скорее по инерции,
- Не торопись, - сказал он.
- В свое время ты это узнаешь, но с той поры будешь предоставлен самому себе.
— Книга «Сказки о силе», Карлос Кастанеда

Разум и разговор Дон Хуан усмехнулся и тщательно нарисовал на пепле другую диаграмму, но не позволил ее скопировать, прикрыв шляпой.
- Мы - воспринимающие существа, - продолжал он.
- Однако воспринимаемый нами мир является иллюзией. Он создан описанием, которое нам внушали с рождения.
Мы, светящиеся существа, рождаемся с двумя кольцами силы, но для создания мира используем только одно из них. Это кольцо, которое замыкается на нас в первые годы жизни, есть разум и его компаньон, разговор. Именно они и состряпали этот мир, столковавшись между собой, а теперь поддерживают его.
Так что твой мир, охраняемый разумом, создан описанием и его неизменными законами, которые разум научился принимать и отстаивать. Секрет светящихся существ заключается в том, что у них есть второе кольцо силы, которое почти никогда не используется - воля. Уловка мага - это та же уловка обычного человека. У обоих есть описание, но только обычный человек поддерживает свое при помощи разума, а маг - при помощи воли. Оба описания имеют свои законы, и эти законы поддаются восприятию. Но воля по сравнению с разумом более всеобъемлюща, и в этом преимущество мага.
Сейчас я хочу тебе предложить, чтобы, начиная с этой минуты, ты позволил себе воспринимать и поддерживать оба описания - мира разума и мира воли. Чувствую, что для тебя это единственный способ использовать твой повседневный мир как вызов и как средство накопить достаточно личной силы для обретения целостности самого себя. — Книга «Сказки о силе», Карлос Кастанеда

2

- Воля - это то же самое, что и видение?
- Нет. Воля - это сила, энергия. Видение - это не сила, а способ проникновения в суть вещей. Маг может иметь очень сильную волю, но он все же может не видеть, что означает, что только человек знания ощущает мир своими чувствами, своей волей и своим видением.
2кн.

3

"— У нас осталась еще одна вещь, — продолжал он. — маги называют ее секретом светящихся существ. И это тот факт, что восприниматель, то-есть наш пузырь — это пузырь восприятия. Наша ошибка состоит в том, что мы считаем, что единственное стоящее восприятие — это то, которое проходит через наш разум. Маги считают, что разум — это только один из центров и что он не должен так много принимать, как само собой разумеющееся. Хенаро и я учили тебя о восьми точках, которые образуют целостность нашего пузыря восприятия. Ты знаешь шесть точек. Сегодня мы с Хенаро еще больше почистим твой пузырь восприятия и после этого ты узнаешь две оставшиеся точки."

"— Эти воспоминания были только началом, — продолжал он. — затем пришла твоя настоящая экскурсия в неизвестное. Прошлой ночью ты испытал невыразимое — нагваль. Твой разум не может бороться с физическим знанием, что ты являешься безыменным клубком ощущений. Твой разум в этой точке может даже признать, что есть другой центр — воля, через который невозможно судить, или оценивать, или использовать необычные эффекты нагваля. Твоему разуму, наконец, стало ясно, что нагваль можно отражать через волю, хотя его никогда нельзя объяснить.

Но затем приходит твой вопрос. Где я находился, когда все это имело место. Где было мое тело? Убеждение в том, что есть реальный ты, является следствием того факта, что ты перекатил все, что у тебя было поближе к разуму. В данный момент твой разум признает, что нагваль невыразим не потому, что доказательства его убедили в этом, но потому, что признавать это для него безопасно. Твой разум на безопасной земле. Все элементы тоналя на его стороне.
Дон Хуан сделал паузу и осмотрел меня. Его улыбка была доброй.
— Пойдем к месту предрасположения дона Хенаро, — сказал он отрывисто.
Он поднялся, и мы пошли к тому камню, на котором мы разговаривали два дня назад. Мы удобно уселись на тех же самых местах, прислонившись спинами к камню.
— Постоянной задачей учителя является делать все, чтобы разум чувствовал себя в безопасности, — сказал он. — я трюком подвел твой разум к тому, что он поверил, будто бы тональ понятен и объясним. Мы с Хенаро трудились для того, чтобы дать тебе впечатление, будто бы только нагваль находится за границами объяснения. Доказательством того, что наши маневры были успешными, является то, что в настоящий момент ты, несмотря на все, жив.
Через что прошел, считаешь, что есть еще какой-то участок, который ты можешь назвать своим собственным, своим разумом. Это мираж. Твой драгоценный разум является только центром сбора, зеркалом, которое отражает все то, что находится вне его. Прошлой ночью, ты был свидетелем не только неописуемого нагваля, но также неописуемого тоналя.
Последний пункт объяснения магов говорит, что разум просто отражает наружный порядок и что разум ничего не знает об этом порядке. Он не может объяснить его так же, как он не может объяснить нагваль. Разум может только свидетельствовать эффекты тоналя, но никогда он не сможет понять его или разобраться в нем. Уже то, что мы думаем и говорим, указывает на какой-то порядок, которому мы следуем, даже не зная, того как мы это делаем, или того, чем является этот порядок.
...
— Маги делают то же самое своей волей, — сказал он. — они говорят, что через волю они могут быть свидетелями эффектов нагваля. Я могу добавить теперь, что через разум, вне зависимости от того, что мы делаем или как мы это делаем, мы просто свидетельствуем эффекты тоналя. В обоих случаях нет никакой надежды когда-либо понять или объяснить, чему именно мы являемся свидетелями.
Прошлой ночью ты в первый раз взлетел на крыльях своего восприятия. Ты был еще очень боязлив. Ты отправился только в полосу человеческих восприятий. Маг может использовать эти крылья, чтобы коснуться других ощущений.
...
— Мы прибыли к последней части объяснения магов, — сказал он. — прошлой ночью мы с Хенаро показали тебе две последние точки, которые образуют целостность человека — нагваль и тональ. Я однажды говорил тебе, что эти точки находятся вне нас и в то же время, это не так. Это парадокс светящегося существа. Тональ каждого из нас является просто отражением того неописуемого и неизвестного, что наполнено порядком. Нагваль каждого из нас является только отражением той неописуемой пустоты, которая содержит все."

4

Не слушая приказа Зулейки войти в окрашенное пятно, образовавшееся на уровне моих глаз, я полностью отдался исследованию этого странного ощущения, находящегося вне моего тела. Зулейка, должно быть, увидела, что со мной происходит. Она внезапно начала объяснять мне, что второе внимание принадлежит светящемуся телу, также как первое - телу физическому. Точка, в которой собирается второе внимание, расположена как раз там, где указал Хуан Тума при нашей первой встрече, - приблизительно в полутора футах перед серединной точкой между желудком и пупком в десяти сантиметрах правее.

Зулейка приказала мне массировать это место, двигая пальцами обеих рук по этой точке, как будто я играю на лютне. Она заверила меня, что рано или поздно я почувствую, как мои пальцы проходят через что-то плотное, подобное воде, и как в конце концов я нащупаю свою светящуюся оболочку.

Двигая пальцами, я ощутил, как воздух становится все плотнее и превращается в какую-то густую массу. Неопределенное физическое наслаждение растеклось по телу, и я подумал, что прикасаюсь к нерву своего тела, но тут же понял абсурдность и этой мысли, и всего происходящего. Я остановился.

Зулейка предупредила меня, что если я не буду двигать пальцами, она ударит меня по голове. Чем дольше я продолжал волнообразные движения, тем ближе к телу ощущал почесывание. В конце концов оно оказалось в двенадцати - пятнадцати сантиметрах от моего тела. Как будто что-то во мне осело. Мне действительно казалось, что я могу чувствовать впадину. Затем последовало еще одно неземное ощущение. Я засыпал и тем не менее находился в полном осознании. В ушах у меня зазвенело, а затем я почувствовал, как какая-то сила опрокинула меня на левый бок, не разбудив. Эта же сила скатала меня очень туго, как сигару, и вмяла внутрь щекочущего углубления.

5

После этого Зулейка принялась за другую часть своего учения. Она начала учить меня двигаться. Прежде всего она скомандовала, чтобы я поместил свое осознание в среднюю точку тела; у меня эта точка находилась ниже среднего края пупка. Она сказала, чтобы я подметал им пол, то есть делал качающиеся движения, как если бы к животу была прикреплена метла. В течение бесчисленных сеансов я пытался выполнить то, что приказывал мне ее голос. Она не позволяла мне погружаться в состояние спокойного бодрствования, ее намерением было привести меня к ясному восприятию подметания пола своей средней точкой, пока я нахожусь не в сновидении. Она сказала, что пребывание на левой стороне осознания - достаточное преимущество для того, чтобы хорошо выполнять это упражнение.

Однажды, по непонятной для меня причине, мне удалось почувствовать смутное ощущение в области живота. Это не было чем-то определенным, а когда я сфокусировал на этом свое внимание, то понял, что это мягкое покалывание имеет место не точно в моем животе, а чуть повыше его. Чем внимательнее я это исследовал, тем больше деталей замечал.

Расплывчатость ощущений вскоре сменилась определенностью. Между нервозностью и покалыванием, с одной стороны, и солнечным сплетением и правой икрой, с другой стороны, существовала странная связь.

Когда это ощущение стало более острым, я непроизвольно прижал правое колено к груди. Таким образом, эти две точки сблизились настолько, насколько позволяла анатомия. Секунду меня трясло от необычайной нервозности, а затем я ясно почувствовал, что подметаю пол своей средней точкой. Это было тактильное ощущение, которое возвращалось вновь и вновь, как только я начинал раскачивать свое тело в сидячем положении.

Во время следующего сеанса Зулейка позволила мне войти в состояние спокойного бодрствования. На этот раз оно было не совсем таким, как обычно. Во мне, казалось, присутствовал своего рода контроль, мешавший мне свободно наслаждаться этим состоянием, что я делал прежде, - контроль, заставивший меня сосредоточиться на шагах, предпринятых мною для того, чтобы в это состояние войти. Сначала я ощутил щекотку в точке своего второго внимания на моей светящейся оболочке. Я промассировал эту точку, двигая пальцами так, будто играю на лютне, и точка опустилась к моему животу.

Я ощущал это как прикосновение рук к своей коже. Затем я ощутил мягкое покалывание на наружной части икры. Это была смесь удовольствия и боли. Ощущение распространилось по всей ноге, а затем по нижней части спины. Я чувствовал, как дрожат мои ягодицы. Все тело было охвачено нервной дрожью. Мне казалось, что мой лоб и кончики пальцев на ногах вошли в соприкосновение. Я был похож на подкову со сведенными вместе концами. Затем я почувствовал, что меня как бы сложили вдвое и закатали в простыню. Нервные спазмы как бы заставляли простыню скатываться в рулон, со мной в его середине. Когда закатывание закончилось, я уже больше не мог ощущать своего тела. Я превратился в простое аморфное осознание, нервный спазм, обернутый вокруг себя. Осознание успокоилось в нише внутри самого себя.

Тут я понял невозможность описать все то, что происходит в сновидении. Зулейка сказала, что правая и левая стороны осознания сворачиваются вместе. И то, и другое успокаивается в едином клубке, вдавленном в центр второго внимания. Для того, чтобы совершить сновидение, нужно манипулировать как светящимся, так и физическим телом. Во-первых, центр концентрации второго внимания должен быть сделан доступным благодаря тому, что он будет вдавлен кем-то снаружи или втянут самим сновидящим. Во-вторых, для того, чтобы отделить первое внимание от второго, центры физического тела, расположенные в средней точке и в икрах, должны быть активизированы и сдвинуты как можно ближе один к другому, пока не окажутся слитыми. Тогда возникает ощущение скатанности в клубок, и автоматически верх берет второе внимание.

Объяснения Зулейки, дававшиеся в виде команд, были наиболее подходящими для описания происходящего, потому что ни одно из сенсорных ощущений, имеющих место в сновидении, не является частью нашего нормального опыта сенсорных ощущений. Все они приводили меня в замешательство. Источник щекочущего, покалывающего ощущения был локализован, поэтому беспокойство от его чувствования было минимальным. С другой стороны, ощущение накручивания на самого себя было гораздо более беспокоящим. Сюда входил целый комплекс ощущений, приводивших тело в шоковое состояние. Я был убежден, что в один из моментов кончики пальцев моих ног касались лба, - но я знал, что принять эту позу я физически не в состоянии. В то же время я знал совершенно несомненно, что находился внутри сетки, вися вниз головой, как груша, с пальцами ног, прижатыми ко лбу, хотя в физическом плане я сидел, прижав колени к груди.

Зулейка сказала также, что ощущение скатанности в сигару и помещения во впадину второго внимания было результатом соединения левого и правого осознания, при котором порядок доминирования переключается и ведущее положение занимает левая сторона. Она призывала меня быть достаточно внимательным, чтобы заметить обратный переход, когда оба внимания занимают свои старые места и верх берет опять первое.



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC